Мать принцессы, Шарлотта, любила находиться в обществе и ненавидела беременность, считая, что она ограничивает её деятельность; после рождения Феодоры Шарлотта объявила своей матери, что больше не собирается рожать детей и предпочитает вернуться к императорскому двору и наслаждаться жизнью, чем несказанно огорчила кронпринцессу Викторию[3]. Для европейской королевской семьи было непривычным наличие только одного ребёнка, и Феодора, вероятно, переживала детство в одиночестве[4]. Шарлотта любила путешествовать и оставляла дочь на попечение своей матери в замке Фридрихсхоф, полагая, что та сможет обеспечить наилучший уход маленькой принцессе[2][5]. Виктория, которой нечасто предоставлялась возможность увидеть детей своего старшего сына, любила проводить время со своей старшей внучкой[6]. Вспоминая одно из посещений Феодоры, Виктория писала, что «она действительно хороший маленький ребёнок и ею намного легче управлять, чем её Мама́»[7].
Виктория, ощущая нехватку дома Феодоры, постепенно приобрела озабоченность по поводу внешности девушки и её умственного развития[6]; кронпринцесса описывала свою тринадцатилетнюю внучку как обладающую «резким напряжёнными чертами лица» и необычайной низкорослостью[8]. Кроме того, Феодора не проявляла большого интереса к учёбе, предпочитая вместо этого обсуждать легкомысленные предметы, например, моду[7][9]. Её бабушка, которая придавала большое значение образованию, винила в этом недостаточный родительский контроль над пробелами в обучении девушки, комментируя это тем, что «атмосфера в её дома была не самой лучшей для ребёнка её возраста… С Шарлоттой в качестве примера, что ещё можно ожидать… Её родители редко бывали дома или [были] вместе… Она вряд ли знает, что такое жизнь дома!»[7]
Несмотря на столь нелестное мнение кронпринцессы, Феодора нравилась королеве Виктории[10]. В июне 1887 года маленькая Феодора вместе с родителями побывала на золотом юбилее королевы[англ.] в Лондоне; в то время, как её родители находились в Букингемском дворце, сама Феодора оставалась со своей кузиной Алисой Баттенберг в доме герцогини Баклю в Уайтхолле, позволившей девочкам понаблюдать за королевской процессией по пути в Вестминстерское аббатство[11]. В письме дочери королева Виктория описывала девочку как «милую маленькую Фео, которая так хороша и я думаю, что вырастет она довольно симпатичной. Мы были рады, что она есть у нас, и я думаю, этот дорогой ребёнок и сам наслаждается этим»[12].
Жизнь в браке
Чем старше становилась Феодора, тем чаще возникал вопрос о будущем браке принцессы. Изгнанный князь Пётр I Карагеоргиевич, который был старше принцессы на тридцать шесть лет, предлагал себя в качестве жениха, хотя сделано это было, вероятно, в расчёте получить поддержку при наследовании сербского престола. Шарлотта заявила, «что для такого трона Феодора слишком хороша». На роль будущего мужа также рассматривался Альфред, наследный принц Саксен-Кобург-Готский, единственный сын герцогини Эдинбургской, которая была дружна с матерью Феодоры[13].
Через несколько месяцев после возвращения с празднования бриллиантового юбилея королевы Виктории, проходившего в июне 1897 года, Феодора обручилась с принцем Генрихом XXX Рёйсс-Кёстрицким, о чём было объявлено в начале октября[14]. Отец Генриха умер в начале 1898 года и заключение брака было отложено на несколько месяцев. Вскоре поползли слухи, что помолвка и вовсе была расторгнута, однако они оказались несостоятельными: 26 сентября 1898 года в Бреслау состоялась лютеранская брачная церемония[15].
Не особенно богатый или титулованный Генрих служил капитаном 92-го брауншвейгского пехотного полка[англ.]. Вдовствующая императрица Виктория была удивлена таким выбором жениха, в частности из-за его положения, но отметила, что невеста, по крайней мере, казалась счастливой. Пятнадцатилетняя разница в возрасте между новобрачными не смущала вдовствующую императрицу и она писала: «Я очень рада, что он старше неё, и если он мудр, и надёжен, и непоколебим, он может сделать для неё много хорошего, и всё может получиться неплохо, но у неё был странный пример её матери и сама она странное маленькое существо»[16]. Феодора была без ума от своего жениха и, скорее всего, искала способ избавиться от сомнительной домашней жизни с родителями[17].
Сразу после возвращения из свадебного путешествия Генрих стал проводить много времени на службе, а Феодора присоединилась к читательской группе и часто посещала оперу и театр в Берлине[18]. Благодаря службе супруга, получавшего назначения в разные города, Феодора много путешествовала по Германии[19]. Однако замужество дочери так и не улучшило отношений между Шарлоттой и Феодорой: после визита пары в 1899 году Шарлотта написала, что Феодора «непонятная» и «замыкается, когда я пытаюсь повлиять на неё относительно её личности и здоровья»[20]. Шарлотта также не любила своего зятя и часто критиковала его внешность и неспособность контролировать своевольную жену. В отличие от своей матери, Феодора хотела иметь детей; неспособность забеременеть расстраивала Феодору, но радовала Шарлотту, у которой не было никакого желания иметь внуков[21].
Ван дер Кисте пишет, что у Шарлотты и Феодоры были очень похожие личности: «обе были волевыми личностями, которые любили сплетни и были готовы поверить в худшее друг в друге»[22]. В 1900 году Феодора посетила Виндзорский замок и в последний раз встретилась со своего прабабкой королевой Викторией, которая скончалась в следующем году. Генрих присутствовал на похоронах королевы в одиночестве, поскольку пошатнувшееся здоровье Феодоры не позволило ей покинуть дом[23]. Феодора винила малярию в своём состоянии; Шарлотта же объявила членам семьи, что Генрих наградил жену венерическим заболеванием, что Феодора яростно отрицала. Шарлотта потребовала дочь сдать анализы её личному врачу, и когда Феодора отказалась, убедила себя, что была права. В ответ Феодора отказалась посещать дом матери и жаловалась членам семьи на «немыслимые» действия Шарлотты[24].
Многие годы члены семьи пытались помирить мать и дочь, однако все их действия были безуспешны. Шарлотта не писала дочери почти десять лет, и возобновила переписку лишь тогда, когда Феодора перенесла опасную операцию, которая должна была помочь ей зачать. И хотя Шарлотта выразила возмущение тем, что такая операция вообще была одобрена, она в итоге навестила дочь в санатории по просьбе самой Феодоры[25].
Последние годы
Феодора страдала большую часть её взрослой жизни из-за плохого здоровья, охарактеризовав свои болезни как «старую историю». Как и её мать и бабку, Феодору мучили головокружение, бессонница, тошнота, различные боли, паралич, запор и диарея[19][26]. Феодора перенесла несколько операций и безуспешно пыталась вылечить бесплодие[27][28].
В 1903 году Генрих был переведён в Фленсбург, где поселился с женой в небольшом доме. Феодора поняла, что регион с мягким климатом положительно влияет на её здоровье. Чтобы увеличить положительный эффект и вероятность забеременеть, Феодора стала принимать таблетки с мышьяком и торием. Её слабый организм вновь дал сбой, и в октябре 1904 года Феодору стали мучить зубная боль и мигрени, которые она списала на грипп. Феодора снова и снова пыталась зачать и многие годы посещала частные клиники, где ей проводили мучительные операции и процедуры[29], которые однако не давали результатов.
С началом Первой мировой войны Генрих был переброшен на Западный фронт, а его жена открыла небольшой госпиталь для лечения раненых солдат. В этот период отношения между супругами ухудшились; Генрих считал, что Феодора наслаждалась своими жалобами на болезни и хождением по врачам. Он писал, что её болезнь «состоит в основном в полном отсутствии энергии и умственной апатии», и жаловался, что «она сильно преувеличивает свои недуги и вызывает у меня и других совершенно ненужные тревоги»[30].
После войны, завершившейся поражением Германии, отец Феодоры лишился своего герцогства. В следующем 1919 году от сердечного приступа скончалась мать Феодоры, её отец умер в 1928 году. О том, как жила в этот период сама Феодора известно мало[31]; также были утеряны записи о её болезнях в этот период[19]. Она провела свои последние годы в санатории Бухвальд-Хохенвизе близ Хиршберга в Силезии. Феодора покончила с собой 26 августа 1945 года[32] вскоре после окончания Второй мировой войны[27].
Медицинское исследование
Большинство историков сходятся во мнении, что и Феодора, и её мать страдали порфирией — генетическим заболеванием, которое, как полагают, затронуло некоторых членов Британской королевской семьи, прежде всего короля Георга III[33][34]. В книге Purple Secret: Genes, 'Madness', and the Royal Houses of Europe историк Джон Рель и генетики Мартин Уоррен и Дэвид Хант называют мать Феодоры «занима[ющей] ключевое положение [в] поиске порфирийной мутации у потомков Ганноверов»[35]. В 1990-х годах команда под руководством Реля эксгумировала тела Шарлотты и Феодоры и взяла биологические образцы каждой принцессы для тестирования. Как у матери, так и у дочери исследователи обнаружили доказательства мутации, связанной с порфирией; хотя исследователи отмечают, что не могут быть «полностью уверены», что эта мутация была вызвана генетическим заболеванием[36], они считают, что это «бесспорно» на основании исторических и биологических доказательств. Исследователи также добавляют, что многие из тех же симптомов были обнаружены у бабки Феодоры Виктории, а также у других членов семьи, включая и саму королеву Викторию[37].
Moore, Michael R.An Historical Introduction to Porphyrin and Chlorophyll Synthesis // Tetrapyrroles: Birth, Life and Death / Martin Warren; Alison Smith. — Springer Science & Business Media, 2009. — P. 20—21. — 406 p. — ISBN 0387785183, 9780387785189.
Van der Kiste, John. Charlotte and Feodora: A Troubled Mother-Daughter Relationship in Imperial Germany. — CreateSpace Independent Publishing Platform, 2012. — ISBN 1514877376, 9781514877371.